«Петушиный бой», Эмиль Клаус

«Петушиный бой» (Другое название «Бой петухов во Фландрии») стал первой картиной молодого художника Эмиля Клауса, заслужившей ему международное признание. В 1882 году он представил её на выставке в Париже, и имя бельгийского живописца зазвучало в Европе, где в то время было достаточно ярких талантов.

Десять лет спустя, в августе 1893 года русский писатель Владимир Короленко, побывав на выставке зарубежного искусства в Чикаго, написал: «Бельгийский отдел меня удивил очень приятно». А «Петушиный бой» Клауса отметил особо, назвав картину «характерной».




Действительно, главное достоинство полотна заключается в многообразии лиц, характеров, настроений персонажей, представленных на нём в большом количестве. Эту галерею образов можно рассматривать бесконечно.

Достопочтенные граждане: чиновники, торговцы, землевладельцы, простые обыватели - тесно заполнили помещение для петушиных боёв, предавшись одной из самых захватывающих страстей – азарту.

Однако бой уже закончился, художник представил нам зрителей кровавого зрелища в момент, когда пик напряжённого волнения уже спал, мужчины возвращаются в обычное состояние, приходят в себя.





Большинство спокойно, кое-кто грустит, не сводя задумчивого взгляда с арены. В руках многих зрителей уже появились трубки – верный способ восстановить душевное равновесие. Белокурый красавец с окладистой бородой и пышными усами смотрит на часы, должно быть, вспомнив о делах.

Среди зрителей, занимающих места выше, подальше от арены, атмосфера оживлённая: озираются, переговариваются, кто-то заигрывает с миловидной официанткой, разносящей пиво в больших кружках. У маленького окошка – двое взволнованных мальчишек, возможно, впервые ставших зрителями кровавого боя.

На общем фоне привлекает внимание выразительное лицо, плотно сжатые губы и напряжённый взгляд персонажа у левой кромки картины. Он положил сжатый кулак на плечо соседа, вряд ли отдавая себе отчёт в этом рефлекторном движении, и, явно взволнованный больше остальных, устремил невидящие глаза в пустоту перед собой. Что его мучает: тягостное впечатление от разыгравшейся перед ним битвы или потерянная крупная ставка?




Два петуха, за дракой которых наблюдали заполнившие зал мужчины, вынесены художником на передний план, отделены от остальных персонажей убогой оградой из серого, местами драного, грубо сшитого холста. Клаус проявил в изображении этих образов недюжинный талант анималиста.

Петух-победитель, словно всё ещё охваченный пылом сражения, продолжает наступать, вытянув шею, грозно раскрывая клюв, топорща яркие перья, уже местами обломанные. Но его соперник мёртв. Голова с закрытыми глазами бессильно лежит на полу, тонкие ноги вытянуты, чёрные перья хвоста, распластались по ограде арены.

В убогом загоне, среди кровавых пятен, вырванных и обломанных перьев только что произошла настоящая трагедия: живое существо погибло, потешая публику зрелищем бессмысленной жестокости и видом своих страданий. С позиции современной морали, мысль об этом заставляет смотреть на мужчин в хороших костюмах, уважаемых членов общества другими глазами.